Рубрика: Семейная психология

То, на что мы болезненно реагируем в поведении ребенка (а выглядит это обычно как наша нетерпимость, раздражение, гнев),- это чаще всего то, во что мы вкладываем какой-то страшный для нас смысл.Это то, что представляет для нас опасность:

— опасность потерять надежду (например, надежду на «нормальность» ребенка)
— опасность разочароваться в ребенке
— опасность испытать жесткую вину
—  опасность увидеть будущее ребенка безнадежным, страшным.

Другая частая причина нашего чрезмерного гнева на определенные проявления ребенка — он нам кого-то напоминает. Порой нас самих — тех наших сторон, которые мы в себе не любим, а иногда не любим и не видим. Или сходство ребенка с кем-то нам неприятным (родственником, «бывшим» родственником) неосознанно выбивает нас из равновесия.

Ну и третий частый вариант — мы уверены, что ребенок «делает это» намеренно, «выводит меня из себя», «специально добивается».

Что делать, если мы не хотим подкреплять неприятное поведение ребенка (т.е. повышать частоту этих проявлений»),
не хотим » выходить из себя»,
не хотим демонстрировать ребенку живой пример импульсивной агрессии?

Можно спросить себя:- что означает для меня это поведение? (и довести логическую/эмоциональную цепочку до конца)- насколько обоснованы мои негативные прогнозы?- могут ли быть другие объяснения этого поведения, менее пугающие меня?

Пример: Меня бесит, что он смеется, когда его ругают.

Что этот смех значит для меня?- ведет себя как дурак — вырастет глупым — над ним будут смеяться — у него не сложится будущее (Это мой страх за него.)- издевается надо мной — он меня не уважает — совсем перестанет слушаться — отобьëтся от  рук — станет бомжом и наркоманом (Это мой страх за него.)Насколько обоснованы мои прогнозы? — Ммм… возможно, я преувеличиваю. Сын явно не дурак, и во многих ситуациях слушается меня, и любит, я уверен(а). Есть ли другие объяснения? — Я читал(а), что дети и подростки с СДВГ могут смеяться, когда их ругают — от напряжения, им на самом деле в этот момент не смешно.

У большинства детей с СДВГ не очень получается дружить. Ну, как не очень:

Ребенок говорит, что у него «все в классе друзья»(но на дни рождения его не зовут) ,
или познакомился на площадке — и «это мой друг» (не помню, как зовут),
или «со мной никто не хочет водиться» (более грустный вариант).

Еще чаще — ребенок «водится» с младшими (они слушаются)
или сильно более старшими (они готовы потерпеть),
или только с мальчиками (девочка),
или только с девочками (мальчик).

Или дружбы «поверхностные» (на час, на день, на время, пока видят друг друга).

Это все — варианты нормы для СДВГ-шек!

Ну, пожалуй, «со мной никто не хочет водиться» — к норме относить не хочется, но бывает у многих, к сожалению.

Что делать, как помогать?

Я на собственном родительском опыте и опыте других СДВГ-родителей думаю, что НЕ стоит:

— объяснять ребенку, что те, кого он называет друзьями, вовсе ему не друзья, а в лучшем случае приятели (исключение — когда над ребенком издеваются, а он не понимает). Если ребенок считает, что у него есть друзья — поверьте, это лучше, чем когда он уверен, что с ним никто не хочет дружить. Даже если для нас «это не дружба». Можете оставить это при себе — оставьте.

— насмешливо отзываться об играх ребенка с «малышами» или детьми другого пола (это то, что у него реально может получаться, и в этих отношениях он «прокачивает» навыки общения и укрепляет самооценку)

— сводить к минимуму пересечение ребенка со сверстниками из страха, что он очередной раз получит опыт отвержения (не формируются необходимые для принятия детьми навыки общения).

Что СТОИТ делать:

— подсказывать ребенку, что можно сделать прямо сейчас в ситуации общения (тренировка «в поле»)

— помогать ребенку дозировать длительность общения (завершать раньше, чем случился перегруз и ребенок пошел в разнос)

— «дружить семьями» (можно — домами), продолжать предпринимать попытки с семьями других детей (одноклассников, одногруппников секций и кружков, соседей, родственников), желательно поддерживать регулярные контакты (при этом важно: см. предыдущий пункт!)

— продолжать «выходить в свет» с ребенком, даже если он неудобен для всех вокруг (у родителей СДВГ-детей высокий риск социальной изоляции, из-за усталости, стыда и страха)

— поддерживать в ребенке то, что хотим усилить в общении (у каждого свое): приветливость, внимание к другому, предложение помощи, проявление интереса, сдерживание желания перебить, согласие с предложением другого ребенка, проявление инициативы в общении, сдерживание гнева в ситуации проигрыша, запрос помощи, проявление юмора, и др.

— говорить ребенку, в чем его сильные стороны общения/дружбы, что у него получается (даже если это бывает иногда и недолго), в чем он крут и хорош. Говорить почаще. Самому ребенку и другим взрослым (при ребенке и без него).

Утешительное (возможно):

— если ребенка окончательно не затравили дети, окружающие и мы с вами, то с высокой вероятностью проблемы с дружескими отношениями (если они есть) уйдут с возрастом. Он их перерастет. Но нужна наша поддержка. Без друзей трудно.

— если ребенку с кем-то весело и хорошо играть, — этого достаточно, чтобы тренировались навыки общения

— если в семье есть еще дети и они не ненавидят друг друга, — у ребенка прокачиваются навыки общения. У его брата/сестры — еще как прокачиваются))

— нам не нужно заменять ребенку отсутствующих друзей. Нам нужно оставаться на его стороне и немножко помогать (см. пункты выше). Друзья у него появятся. А мы нужны как мы.