СУПЕРСИЛА СДВГ.
Часть 4. Практическая.
(Продолжение. Часть 3 — здесь: vk.ru/wall-30768887_18808)
СДВГ-шки в большинстве своем дольше и сильнее эмоционально привязаны к заботящемуся о нем взрослому (для краткости назовем его мамой), чем нормотипичные дети.
Тесная эмоциональная связь с мамой позволяет ребенку долго учиться у нее:
Учиться непосредственно — подражанием. Всему, что умеет мама.
Учиться благодаря намеренной тренировке — мама как главный «тренер» социальных и прочих навыков.
Учиться, используя мамины лобные доли — и частично перенимая мамины способы решения проблем (когнитивные функции).
Л.Петрановская пишет (не помню, где) о том, насколько труднее управляться с непривязанным ко взрослому ребенком по сравнению с тем, у кого привязанность сформирована и есть естественный инстинкт следования за своим взрослым.
При всей «оторванности» гиперактивных детей и трудностях «неуправляемости», наши дети в большинстве своем глубоко связаны с нами на эмоциональном уровне. И мы — с ними. Многие родители замечали, как сильно наше эмоциональное состояние влияет на ребенка. И наоборот, к сожалению.
Практические выводы:
Если ребенок идет в разнос и «плох» последнее время.
— Срочно оценить СВОЕ состояние и по возможности его улучшить/стабилизировать, если оно тоже не ок. Это зачастую самый эффективный и быстрый способ улучшить состояние (и поведение) ребенка.
Хотим чему-то научить ребенка, привить полезный навык.
— Осваиваем сами и планомерно придерживаемся ему в жизни.
Если говорим — оторвись от телефона, почитай книжку — говорим, отрывая взгляд от экрана, — ребенок видит нас «в телефоне». Не с книжкой, уютно устроившись.
Хотим постепенно перестать быть «лобными долями» ребенка — проговариваем ему вслух то, о чем скрипит наш мозг, обрабатывая информацию, недоступную пока ребенку:
— похоже, тебя это разозлило
— ты так сильно разозлился, что сжал кулаки, — и при этом смог сдержаться и не ударил!
— ты выдавил пасту и отвлекся на кошку, возвращаемся в ванну
— ты посмотрел на задание и поэтому сам увидел ошибку! класс!
— ты нажал на кнопку светофора и ждешь зеленого человечка. Тебе трудно стоять, но ты терпишь!
— и .п.
Эмоциональная связь и частое сопровождение ребенка в различных социальных ситуациях дают нам возможность быть главным тренером для ребенка. Тренируем его в естественных условиях: на детской площадке, приглашая в гости приятеля, в магазине, покупая продукты, в лифте, поднимаясь с соседями,…
Важно: выбрать 1-2 мишени для тренировки на 1-3 месяца, ставить реалистичные цели, делать упор на положительное подкрепление.
МИНУСЫ слишком тесной эмоциональной связи с ребенком:
Эмоциональное заражение.
Двустороннее. Ребенок «завелся» — и мы разозлились. Мы устали и раздражены — и ребенок истерит по любому поводу.
Смешиваем его и наше эмоциональное состояние. Так присоединяемся к ребенку, что нам невыносимо самим, когда его обижают, или стыдно, когда его ругают, или жалко до слез, когда он кричит, что никому не нужен.
Ребенку нужна помощь, чтобы учиться справляться с переживаниями. Скорее нужно контейнирование, а не присоединение. Если психолог плачет вместе с клиентом, это редко помогает.
Выгорание родителя.
Быть в постоянной эмоциональной связи с гиперактивным ребенком — изматывающий марафон с ребенком на руках. Кто не отдыхает, начинает спотыкаться и падать. Страдают оба.
П.С.: Еще одна «фишка» крепкой эмоциональной связи:
Почему ребенок «хуже всего» ведет себя с мамой?
— Потому что мама дает ему чувство безопасности.
И ребенок перестает сдерживаться, передает ей управление собой: все, я иссяк.
Что делать маме?
Управлять. Оставаться взрослой доминантной…слонихой, например).
Если злость, бессилие, вина, страх хронически мешают нам «рулить» уставшим ребенком, — значит выгорание нас догнало и нам самим нужна помощь.
Завершение следует
(суперсила ждет!).
Рисунок: авторский (Жилина Э.).